Собрание разностей (cpp2010) wrote,
Собрание разностей
cpp2010

"Лекция о запертой комнате". Часть 1

Джон Диксон КАРР

Лекция о запертой комнате

Перевел с английского В.Воронин

OCR П.Б. по сб.: Как сделать детектив. М.: Радуга, 1990

Подали кофе, бутылки с вином опустели, были раскурены сигары. Хадли, Петтис, Рампол и доктор Фелл сидели вокруг стола, освещенного мягким светом лампы под красным абажуром, в просторном полутемном обеденном зале отеля, где остановился Петтис. Они засиделись дольше, чем другие. Лишь кое-где оставались еще за столиками люди. Был тот располагающий к лени послеобеденный час зимнего дня, когда за окном начинает валить снег и так уютно сидеть у пылающего камина. На фоне тускло поблескивающих гербов и доспехов доктор Фелл стал еще больше похож на барона феодальных времен. Он бросил презрительный взгляд на чашечку черного кофе, точно собираясь проглотить ее целиком, сделал широкий жест сигарой, приглашая к вниманию, и откашлялся.

-- Я прочту сейчас лекцию, -- объявил доктор с благожелательной твердостью, -- об общей механике и эволюции той ситуации, которая известна в детективной литературе как ситуация герметически закрытой комнаты.

Хадли тяжело вздохнул.

-- Как-нибудь в другой раз, -- предложил он. -- Мы не хотим слушать никаких лекций после такого превосходного обеда, тем более что нам предстоит заняться делом. Так вот, как я только что говорил...


Я прочту сейчас лекцию, -- непреклонно заявил доктор Фелл, -- об общей механике и эволюции той ситуации, которая известна в детективной литературе как ситуация герметически закрытой комнаты. Гм! Все, кто против, могут пропустить эту главу. Гм! Вот так-то, джентльмены! После того как последние сорок лет я шлифовал свой ум чтением книг о сенсационных преступлениях, я могу утверждать...

-- Но если вы собираетесь проанализировать невероятные ситуации, -- перебил его Петтис, -- зачем приплетать сюда детективную литературу?

-- Затем, -- с откровенностью сказал доктор, -- что мы сами находимся в детективном романе и не морочим голову читателю, делая вид, будто это не так. Давайте не будем придумывать хитроумные предлоги для того, чтобы притянуть за уши обсуждение детективных романов. Давайте лучше откровенно насладимся благороднейшими занятиями, какие только возможны для персонажей книги.

Итак, продолжим: при обсуждении детективных романов я, джентльмены, постараюсь не формулировать, во избежание споров, никаких правил. Я намерен вести речь только о своих личных вкусах и предпочтениях. Можно, переиначивая Киплинга, сказать: "Есть шестьдесят девять способов создать сюжет с загадочным убийством, и каждый способ верен". Так вот, если бы я заявил, что для меня каждый способ одинаково интересен, я был бы, мягко выражаясь, отъявленным лжецом. Но дело в другом. Когда я говорю, что история об убийстве в герметически закрытой комнате читается интересней, чем что бы то ни было еще в детективной литературе, я всего лишь выражаю свое субъективное мнение. Мне нравится, когда убийства часты, кровавы и чудовищны. Мне нравится, когда сюжет ярок, красочен и несколько фантастичен, так как я не способен увлечься романом только в силу того, что все в нем выглядит совсем как в действительности. Таковы уж, должен признаться, мои пристрастия, так мне представляется приятней, веселей и разумней, и этим я не хочу сказать ничего худого о более прозаично холодных (или более талантливых) произведениях.

Но сказать об этом просто необходимо, потому что некоторые люди, которым не нравятся яркие краски, настаивают на том, чтобы их личные предпочтения считали литературной нормой. Осуждая неугодные им произведения, они припечатывают их словечком "неправдоподобно". И, значит, обманывают неосторожных читателей, навязывая им свое убеждение, будто "неправдоподобно" -- это попросту "плохо".

Так вот, есть все основания утверждать, что словечко "неправдоподобно", если на то пошло, меньше, чем какое-либо другое, подходит для осуждения детективной литературы. Ведь наша любовь к детективам в большой мере основана как раз на любви к неправдоподобному. Когда убит А и подозрение падает на Б и В, кажется неправдоподобным, что убийцей окажется невинного вида Г. Но убийца именно он. Если у Г стопроцентное алиби, подтвержденное под присягой каждым из персонажей, наберись их даже больше, чем букв в алфавите, вроде бы неправдоподобно, что Г мог совершить убийство. Но он-то и совершил его. Когда сыщик подбирает с песка на берегу моря крупицу каменного угля, представляется неправдопо­добным, что эта малость может иметь какое-либо значение. Но она-то и будет иметь значение. Короче говоря, тут мы прихо­дим к такому положению, когда словечко "неправдоподобно" как иронический ярлык становится бессмысленным. До конца детектива и речи не может быть ни о каком правдоподобии. Далее, если вы хотите, чтобы виновным в убийстве оказался че­ловек, меньше всего похожий на убийцу (а именно этого хотят некоторые старомодные читатели вроде меня), вряд ли вы вправе сетовать на то, что им руководили менее достоверные или по необходимости менее прозрачные мотивы, чем те, кото­рыми руководствовался тот, на кого в первую очередь пало подозрение.

Когда вы восклицаете: "Такого никак не может быть!" -- и протестуете против исчадий ада с наполовину скрытым ли­цом, призраков в капюшонах и завораживающе обольститель­ных белокурых сирен, вы просто говорите: "Такая литерату­ра мне не нравится". Очень хорошо. Не нравится так не нравит­ся, и ваше полное право прямо так и сказать. Это дело вкуса. А вот когда вы пытаетесь превратить свое пристрастное мне­ние в критерий оценки литературного достоинства или даже сте­пени достоверности произведения, вы просто говорите: "Эта цепь событий не могла случиться, потому что я не получил бы удовольствия, если бы она случилась".

Так где же все-таки истина? Мы можем попытаться оты­скать ее, взяв в качестве примера случай герметически закры­той комнаты, потому что данная ситуация, больше чем какая-либо другая, навлекает на себя жестокие критические упреки в неправдоподобии.

Большинство людей -- и меня это очень радует -- с удо­вольствием читают детективы про убийство в запертой комна­те. Но -- вот ведь незадача! -- даже любителей этого чтения не­редко одолевают сомнения. Меня -- так сплошь и рядом, и я не стесняюсь в этом признаться. Поэтому давайте объединим­ся пока на этой почве и посмотрим, что можно тут выяснить. Итак, почему одолевают нас сомнения, когда мы выслушиваем разгадку тайны убийства в запертой комнате? Отнюдь не пото­му, что мы не верим объяснению, а потому лишь, что мы испытываем некое смутное разочарование. А от чувства разочарова­ния так естественно сделать еще один шаг дальше и несправедли­во заявить, что вся эта история неправдоподобна, невероятна или совершенно нелепа.

Короче говоря, случается в точности то же самое, -- доктор Фелл взмахнул сигарой, -- о чем говорил нам сегодня О'Рорк применительно к фокусам, которые иллюзионист показывает в реальной действительности. Послушайте, джентльмены, ка­кие шансы могут быть у литературного вымысла, если мы подвергаем осмеянию подлинные случаи? Сам тот факт, что эти случаи действительно происходят и что иллюзионисту удается об­мануть зрителей, похоже, усиливает разочарование обманутых. Когда такое случается в детективном романе, мы говорим: это невероятно. Когда же такое случается в реальной действительно­сти и мы вынуждены поверить собственным глазам, мы лишь по­казываем, что разочарованы объяснением. А тайна разочарова­ния в обоих случаях одна: слишком многого мы ожидаем.

Понимаете, следствие представляется нам таким чудом, что мы невольно ожидаем чудес и от причины. Когда же мы убеждаемся, что никакого чуда не происходит, мы называем это жульничеством. Что едва ли справедливо. У нас нет ни ма­лейшего основания жаловаться на странности в поведении убий­цы. Весь вопрос тут -- мог ли он это сделать? А коли так, то вопрос о том, стал ли бы он это делать, просто не возникает, человек выскользнул из запертой комнаты ни больше и ни меньше того! Раз уж он, похоже, нарушил ради нашего развле­чения законы природы, то, видит Бог, он вправе нарушить за­коны Правдоподобного Поведения! Если человек вызвался постоять на голове, вряд ли можно требовать, чтобы он стоял на голове, не отрывая от земли ног. Так не забывайте, джентль­мены, об этом, когда вы выносите свои оценки. Вы можете, если хотите, объявить, что результат неинтересен, -- это дело ваше­го личного вкуса. По только, ради Бога, воздержитесь от вздор­ных вердиктов, что это, мол, неправдоподобно или же неесте­ственно.
.................................
Кризис туристической отрасли России, разразившийся этим летом еще больше подтвердил полезность самостоятельных туристических поездок. Для них нужно совсем немного - знание иностранных языков, наличие банковской карты, визы, умения бронировать отели и покупать проездные билеты и , главное, желания. Ну визы, билеты и язык это само собой разумеющиеся условия, а вот чтобы решить вопрос с проживанием во время путешествия есть отличная инструкция на русском языке как забронировать отель на Букинг.ком. Поверьте - самостоятельные путешествия сэкономят вам и время и деньги. И, главное, вы не будете зависеть от состоятельности турагенств и не придется спать на полу в аэропорту какого нибудь Стамбула.
Tags: криминал, литература
Subscribe
promo cpp2010 december 25, 2012 00:40 6
Buy for 30 tokens
Две недели назад в Нью-Йорке, на стадионе "Медисон Сквер Гарден" состоялся благотворительный концерт, посвященный сбору пожертвований для пострадавших от урагана Сенди, накрывшего штаты Северо-Запада США, а также острова Карибского моря в октябре этого года. Сенди стал самым…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 1 comment