Собрание разностей (cpp2010) wrote,
Собрание разностей
cpp2010

Калеб Карр, "Алиенист" / Alienist. #108


Антураж типичного дешевого салуна в Нью-Йорке 1890
Фотография друга Теодора Рузвельта, датского фотографа Якоба Рииса из его альбома "Как живет другая половина". Мда, это вам не улица Рубинштейна.

Я остался один впервые за эту ночь и задумался, куда мне идти. Устал я смертельно – в этом сомнений не было, однако о сне сейчас не могло быть и речи. Тут определенно потребна прогулка по тихим улицам; не чтобы разобраться во всем происшедшем, как я уже сказал, а чтобы просто освоиться с тем, что оно произошло. Джон Бичем мертв: какой бы отвратительной ни была цель, подчинившая себе всю мою жизнь, она исчезла, и с тягостным предчувствием я осознал, что уже в понедельник утром придется решать, возвращаться мне на службу в «Таймс» или нет. Хотя мысль промелькнула мимоходом, менее ужасной она мне отнюдь не показалась: снова дневать и ночевать перед зданием Полицейского управления, ждать намека на материал, срываться с места и фиксировать факты какого-нибудь домашнего мордобоя или взлома на Пятой авеню…

.............................................................................................................


Двигатели американской компании Cummins пользуются заслуженным спросом среди многих производителей автомобильной и промышленной техники, а запчасти к ним производятся не только собственно изготовителем, но и многочисленными компаниями из Европы, Индии, Китая. Вы можете посмотреть каталог запчастей газель бизнес cummins на сайте группы компании Kit Motors - поставщика запчастей для Cummins и других дизельных двигателей в России
.............................................................................................................
Безотчетно я замер на углу Грейт-Джоунз-стрит. Чудь дальше впереди ярко светился огнями танцзал «Нью-Брайтон». В конце концов, некоторые разъяснения не так уж далеки, подумал я и еще ничего не успел толком решить, как ноги сами понесли меня к заведению. Уже в нескольких домах от входа в него по улице эхом разносилась громкая музыка (Пол Келли держал оркестр гораздо больше и профессиональнее обычных трио какофонистов, нанимаемых прочими заведениями). Скоро в звуки музыки вплелись хриплый хохот, несколько пьяных воплей и, наконец, громкий лязг стаканов и бутылок. Мне вовсе не улыбалось заходить внутрь, но, к моему облегчению, Келли не пришлось долго искать – он как раз выходил из стеклянных, с «морозом» дверей своего заведения. С ним был полицейский сержант в форме – он смеялся, пересчитывая деньги. Келли окинул взглядом улицу, заметил меня и толкнул фараона локтем, кивком показав, чтобы проваливал. Тот поспешно ретировался в направлении Малберри-стрит.
– Ну, Мур, – начал Келли, доставая из жилетного кармана табакерку и располагающе ухмыляясь. – Надеюсь, ты забудешь то, что здесь видел. – Он дернул подбородком в сторону убегавшего фараона.
– Не волнуйся, Келли, – ответил я, поднимаясь к нему. – Полагаю, теперь я перед тобой несколько в долгу.
– Передо мной? – удивился Келли. – Это вряд ли, щелкопер. Впрочем, рад видеть тебя целым и невредимым. Судя по слухам, бродящим по городу, вам чертовски везет.
– Да ладно, Келли, – сказал я. – Я видел сегодня твою коляску. А твой человек, Макманус, вообще спас наши шкуры.
– Джек? – Келли открыл табакерку, доверху наполненную тонко смолотым кокаином. – А мне он ничего не сказал. Хотя очень это не похоже на Джека – носиться по округе и творить добро. – Келли высыпал немного белого порошка себе на сустав, одной понюшкой втянул в себя и предложил табакерку мне. – Угощайся. Сам бы я ни за что, да работать ночами напролет приходится.
– Нет, – отозвался я. – Благодарю. Слушай, я могу предположить сейчас только одно. Вы с Крайцлером заключили какую-то сделку.
– Сделку? – протянул Келли, и я понял, что его напускное неведение начинает меня раздражать. Он зачерпнул еще немного кокаина, а затем посторонился, уступая дорогу вывалившемуся из дверей крупному и хорошо одетому господину, за которым влеклись две невзрачные, но крикливо одетые особы. Келли дружески пожелал человеку доброй ночи и повернулся ко мне. – С какой это стати мне заключать какие-то сделки с добрым доктором?
– Мне бы тоже хотелось это знать, – не выдержал я. – Единственное объяснение, которое пока пришло мне в голову: ты сам как-то вскользь упомянул, как глубоко, дескать, ты его уважаешь. Помнишь, тогда, в коляске, – ты еще сказал, что читал его монографию.

Келли снова хмыкнул:
– Не в моих правилах, Мур, идти поперек собственных интересов. В конце концов, я практичный человек. Как и ваш друг мистер Морган. – Я растерянно посмотрел на него, а Келли ухмыльнулся еще шире. – Ну еще бы. Мне все известно о вашей встрече с Носатым.

Я уже хотел было спросить, откуда ему это известно, но вовремя сообразил, что это бессмысленно – он явно не собирался со мной любезничать и сейчас просто забавлялся за мой счет.
– Хорошо, – согласился я, отступая на пару шагов назад. – Мне и вправду сегодня уже хватило, Келли, поэтому играть здесь с тобой в угадайку – это несколько чересчур. Просто передай Джеку, что с меня причитается.

На этом я развернулся и решительно зашагал прочь – по крайней мере, попытался, но не успел отойти от крыльца, как вслед мне послышался оклик:
– Послушай, Мур… – Я обернулся и увидел, что ухмылка Келли никуда не девалась. – Похоже, вы просто дьявольски там повеселились. – Спрятав табакерку в жилетный карман, он игриво склонил голову набок. – Я не говорю, что мне, конечно, известно что-то о вашем деле. Но когда тебе выпадет свободная минутка, подумай: из всех людей, кто был наверху сегодня ночью, – кто опаснее всего для пареньков?

Я остановился, глупо моргая и пялясь в мостовую под ногами, пытаясь вывести какой-то смысл из сказанного им. У меня ушло примерно полминуты, чтобы в утомленном мозгу сложился ответ, и челюсть моя от него слегка отпала. Я поднял было голову, чтобы ответить Келли, но его и след простыл. Можно было пойти за ним внутрь, но смысла в этом я не увидел. Я понял, что он имел в виду и что, в результате, сделал. Пол Келли, вожак банды, заядлый игрок, философ-любитель и критик нравов, сыграл наверняка; и хотя никому из нас, видимо, не придется дожить и увидеть, чем обернётся в самом конце его игра, я подозревал, что интуиция его не подвела.

Необъяснимо воспрянув духом, я развернулся, прыгнул в экипаж, стоявший под стенами заведения Келли, и едва ли не заорал сонному извозчику, чтобы вез меня на Восточный Бродвей, да побыстрее. Пока мой возница охаживал лошадей кнутом по Лафайет-плейс, а затем на восток по Уорт-стрит, я хмыкал себе под нос и едва не напевал.
– Последняя загадка, – мурлыкал я слова Маркуса, сказанные им при расставании. Я хотел оказаться рядом, когда они ее решат.

Мой кэб остановился у Института Крайцлера, рядом с коляской Ласло сразу после половины пятого утра. На улице было тихо, если не считать детского плача, доносившегося из многоквартирного здания напротив. Расплатившись, я ступил на тротуар и сразу увидел Маркуса, сидевшего на чугунных ступеньках лестницы Института с сигаретой руке. Он неуверенно махнул, заметив меня и приглаживая волосы. Я подошел ближе и заглянул в коляску Крайцлера: на сиденье возлежал довольный Стиви, и в зубах его тоже была зажата дымящаяся сигарета.
– Мистер Мур, – благожелательно сказал, салютуя мне ею. – Неплохой табачок у детектив-сержанта. Вам стоит попробовать.
– Благодарю, – отозвался я. – Надо будет. Где Сайрус?
– Внутри, – ответил мальчишка, снова укладываясь. – Кофе им варит. Они тут уже несколько часов возятся. – И он затянулся поглубже, а потом воздел сигарету к небу. – Знаете, мистер Мур, вот вы, наверное, ни за что бы не подумали, что над такой вонючей дырой, как этот городишко, столько звезд. А казалось бы, от одной вони б разбежались.

Я улыбнулся и отошел от коляски.
– Верно подмечено, Стиви. – Я бросил взгляд на окна Института над головой Айзексона: они ярко горели. – А что вы не внутри? – спросил я, присаживаясь рядом.

Он быстро покачал головой, выдыхая дым из точеных ноздрей:
– Я там уже был. Думал, что выдержу, но… – Он протянул мне сигарету.
– Можете не рассказывать, – ответил я, прикуривая. – Лично я внутрь не собираюсь.

Дверь за нашими спинами приоткрылась, и высунулась голова Сайруса.
– Мистер Мур, сэр? – спросил он. – Чашечку кофе?
– Если это твой кофе, Сайрус, – отозвался я, – то с удовольствием.

Он слегка повел плечами:
– Я ничего не гарантирую. Это мой первый кофе после того, как мне заехали по голове.
– А все же я рискну. Как они там?
– Дело к концу, я надеюсь, – ответил Сайрус. – Дело к концу…

Однако лишь через три четверти часа стало ясно, что дела в операционном театре Крайцлера действительно близки к завершению. Мы с Маркусом все это время курили, пили кофе и окольными путями старались свыкнуться с мыслью, что поиск наш действительно завершен, а отряд будет расформирован. Какие бы ответы ни отыскали Крайцлер с Люциусом в операционной, ничто не могло отменить того факта, что Бичем мертв. Уже светало, когда я понял, насколько это одно обстоятельство обусловливало все наши жизни.

Наконец около половины шестого открылась дверь в цоколе и появился Люциус. На нем был кожаный фартук, измазанный во множестве благоухающих жидкостей, телесных и прочих, и выглядел детектив-сержант крайне изможденным.
– Что ж, – сказал он, вытирая руки окровавленным полотенцем, – вот, наверное, и все.

Он примостился на ступеньке рядом с нами, извлек платок и промокнул вспотевший лоб. За ним в дверном проеме вновь показался Сайрус.
– Что все? – недовольно переспросил его Маркус. – Ты это о чем – «все»? Что – «все», что вы обнаружили?
– Ничего, – просто ответил Люциус, покачав головой и устало закрывая глаза. – По всей видимости, все у него в полной норме. Доктор уточняет последние детали, но…

Я поднялся, отшвырнув окурок на мостовую.
– Значит, он был прав, – тихо сказал я, и по спине у меня пробежал холодок.

Люциус нахохлился:
– Он прав настолько, насколько медицина способна подтвердить его правоту.

Маркус по-прежнему не сводил глаз с брата:
– Ты что – специально стараешься все испортить? Если он прав, значит, он прав, а медицину сюда приплетать ни к чему.
Tags: история америки, литература
Subscribe
promo cpp2010 december 25, 2012 00:40 6
Buy for 30 tokens
Две недели назад в Нью-Йорке, на стадионе "Медисон Сквер Гарден" состоялся благотворительный концерт, посвященный сбору пожертвований для пострадавших от урагана Сенди, накрывшего штаты Северо-Запада США, а также острова Карибского моря в октябре этого года. Сенди стал самым…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments