Собрание разностей (cpp2010) wrote,
Собрание разностей
cpp2010

Categories:

Калеб Карр, "Алиенист" / Alienist. #78


Эдлей Стивенсон. Фотография Мэттью Брейди
Эдлей Стивенсон (1835-1914) был вице-президентом США во время второй каденции Гровера Кливленда. Интересен тем, что стал основоположником целой политической династии в штате Иллинойс, большинство старших членов которой носили имена Эдлей. Его сын, Льюис Стивенсон (1868-1929) в 1914-17 годах был госсекретарем Иллинойса, внук - Эдлей Стивенсон II (1900-65) стал губернатором Иллинойса (1949-53), дважды - в 1952 и 1956 участвовал как кандидат Демократической партии в выборах президента, но оба раз проигрывал Дуайту Эйзенхауэру, а во времена президентсв Джона Кеннеди и Линдона Джонсона представлял США в Организации Объединенных Наций. Правнук - Эдлей Стивенсон III (р.1930) в 1967-70 был казначеем Иллинойса, а затем 11 лет был сенатором от штата в Конгрессе США. Праправнук - Эдлей Стивенсон IV (р. 1957) еще в молодости заявил, что не будет политиком и станет последним Эдлеем Стивенсоном в роду. С первой частью обещания он справился, став известным чикагским журналистом, но со второй нет и родившегося у него осенью 1994 года сына он все же назвал Эдлеем.

Едва начав работать с неграмотной и предположительно невменяемой девушкой, Крайцлер сообразил, что вообще не сможет общаться с ней, пока между ними не утвердится связь, основанная на доверии. И он смог создать такие узы, открыв Мэри кусочек своего прошлого – то, что он теперь двусмысленно именовал «личной историей». Не подозревая, что мне известно об этом эпизоде его жизни куда больше, чем он почитал за труд сообщить, Крайцлер и не догадывался, насколько полно я его понимал. Мэри же, насколько я мог предположить, была первым человеком, чьим ушам Ласло доверил драму своих бурных взаимоотношений с отцом, и подобное признание не могло не вызвать в ней ответного доверия; более того, Ласло, надеясь лишь побудить ее к рассказу о собственном прошлом, сам того не подозревая, заронил в ее душу семена своеобычной близости. После того как Мэри оказалась на 17-й улице в качестве прислуги, близость эта никуда не делась, напротив – жизнь в доме стала занимательнее и загадочнее. Когда в итоге Крайцлеру стало невозможно отрицать, что, во-первых, чувства Мэри к нему уже вышли за рамки одной лишь благодарности, а во-вторых, похоже, он сам испытывает ответное влечение, он погрузился в длительный самоанализ, пытаясь выяснить, не обычную ли жалость он испытывает к несчастному одинокому существу, взятому им под крышу. Окончательно удостоверился он в этом лишь за несколько дней до начала нашего следствия. Дело вынудило его отложить разрешение проблем личного свойства, однако помогло определиться с тем, каким это разрешение неизбежно станет. Ибо едва стало понятно, что физической опасности подвергаются не только члены нашего маленького отряда, но и его домочадцы, первым желанием Крайцлера стало защитить Мэри от угрозы, и оно намного превосходило заботы обычного попечителя. Именно тогда он принял решение как можно меньше сообщать ей о ходе следствия и, по возможности, изолировать ее от участия в нем; отдавая себе отчет, что враги способны уязвить его посредством тех, кто ему дорог, Ласло надеялся, что предохранит ее этим: если бы посторонний и смог установить с нею контакт, ему бы не удалось вытянуть из нее никаких полезных сведений, ибо она бы их просто не знала. Только перед самым отъездом в Вашингтон Крайцлер решил, что их отношениям можно как-то «развиться», о чем немедленно поставил в известность Мэри. Поэтому в глазах у нее стояли слезы, когда она глядела ему вслед: девушка боялась, что с Ласло может случиться такое, что помешает им перестать быть просто хозяином и прислугой.

Когда Крайцлер закончил рассказ, из восточных далей до нас донесся первый гудок нью-йоркского экспресса. Еще не оправившись от изумления, я принялся перебирать в памяти события последних недель, стараясь понять, где именно мне удалось сойти на путь неверных толкований.
– Это все Сара, – в итоге изрек я. – С самого начала она вела себя так… короче, я не знаю, как именно она себя вела, но это было чертовски странно. А она знает?
– Уверен, что да, – ответил Крайцлер, – хотя я ей об этом не рассказывал. Мне кажется, Сара все вокруг себя рассматривает лишь как повод отточить свои детективные навыки. Полагаю, эта маленькая головоломка изрядно развлекла ее.
– Развлекла, значит, – усмехнулся я. – А я-то думал, что это была любовь. Готов поспорить, она знала, что я ступил не на тот путь. Это в ее духе – смотреть, как я выставляю себя на посмешище. Ну ничего, вот вернемся… Я покажу ей, что бывает, когда кто-нибудь пытается сыграть такую шутку с Джоном Скайлером… – Тут я прервал свою речь, заметив, что поезд уже примерно в миле слева от нас и приближается к станции на недурной скорости. – Продолжим в купе, – сказал я, помогая Крайцлеру подняться. – И попробуйте мне только сказать, что мы не продолжим!

Дождавшись, когда состав наконец с лязгом замрет у перрона, мы с Крайцлером рысью припустили по каменистому и ухабистому полю к последнему вагону. Взобравшись на заднюю площадку, мы украдкой проскользнули внутрь и я с удобством разместил Крайцлера на сиденье. Кондуктора поблизости пока не случилось, и несколько минут до отправления мы приводили в порядок перевязку Ласло и собственный внешний вид. Каждые несколько секунд я выглядывал в окно и обшаривал взглядом платформу, опасаясь появления того, кто выдаст в себе наемного убийцу, но в поезд садились только престарелая матрона с тростью в руках, да ее огромная раздраженная сиделка.
– Похоже, мы можем, наконец, передохнуть, – произнес я, вставая в проходе. – Я только посмотрю, что впереди и…

Слова застряли у меня в горле, когда я повернул голову к задней двери вагона. У площадки словно бы из ниоткуда возникли две крупные фигуры; хотя внимание их было отвлечено – они спорили о чем-то со станционным смотрителем, – я без труда узнал тех громил, что гнались за нами с Сарой от квартиры Санторелли.
– В чем дело, Мур? – спросил Крайцлер, внимательно меня разглядывая. – Что случилось?

Прекрасно понимая, что в нынешнем состоянии от Ласло вряд ли будет толк в потасовке, я попытался улыбнуться и помотал головой.
– Да нет, ничего, – быстро сказал я, – ровным счетом ничего. Не стоит так нервничать, Ласло.

Нас отвлек шум, с которым пожилая мадам и ее прислуга грузились в передние двери вагона. Хотя в желудке у меня внезапно заворочался страх, голова моя работала надежно.
– Сейчас вернусь, – сказал я Ласло и отправился навстречу экстравагантной парочке. – Прошу прощения, – начал я, одарив леди самой галантной из своих улыбок, – но не мог бы я помочь вам устроиться, мадам?
– Разумеется, – ответила она тоном, выдававшим застарелую привычку к подобным знакам внимания со стороны окружающих. – Эта дрянная сиделка – от нее никакого проку.
– О, уверяю вас, – ответил я, разглядывая трость в ее руке: прекрасный тяжелый набалдашник из серебра, отлитый в виде лебедя. Я взял даму под руку и провел ее к сиденью. – Даже для самой способной сиделки, – продолжал я, дивясь немаленькому весу и неуклюжести моей спутницы, – есть предел возможностей. – В ответ та наградила меня робкой улыбкой, а я, воспользовавшись моментом, протянул руку к трости. – Если вы позволите мне, мадам, подержать это, думаю, мы сможем… вот так, прошу вас… – Сиденье жалобно взвизгнуло под монументальными формами пассажирки.
– О! – произнесла дама. – О да, так гораздо лучше. Благодарю вас, сэр. Вы истинный джентльмен.
– Всегда рад помочь. – Я еще раз улыбнулся ей и устремился назад. Когда я миновал Крайцлера, он в недоумении вытаращился на меня:
– Мур, какого…

Я знаком призвал его к молчанию и направился к задней площадке, старательно отворачивая лицо, чтобы меня не смогли опознать снаружи. Громилы по-прежнему спорили на перроне со станционным смотрителем; суть разговора я не уловил, зато уловил кое-что другое – у одного бандита в руках был ружейный чехол.
– Стало быть, этот у нас будет первым, – пробормотал я, но предпринимать ничего не стал, пока поезд не тронулся с места.
Когда этот момент настал, бандиты снаружи выкрикнули смотрителю какие-то последние – и довольно грубые – оскорбления; еще миг – они повернутся и окажутся внутри. Я сделал глубокий вдох и быстро, но тихо отворил дверь.

Нет, недаром я провел столько времени, наблюдая за тяготами и триумфами «Гигантов» – нью-йоркской бейсбольной команды, – а днем в Сентрал-парке и сам умудрился отработать великолепный замах: его я сейчас и повторил. Удар тяжелой трости пришелся тому громиле, что держал чехол, по черепу и шее. Громила заорал и даже не успел поднести руку к нанесенному увечью, когда я толкнул его рукой между лопаток и перевалил через ограждение площадки. Хотя поезд еще не набрать скорость, этому головорезу уже не удастся подняться сюда; но мне еще оставалось разделаться со вторым, который немедленно ринулся ко мне с воплем:
– Какого черта?

Подозревая, что он перво-наперво инстинктивно потянется к моему горлу я, чуть присев, пырнул его серебряным лебедем в промежность. На секунду мужчина согнулся пополам, а когда снова выпрямился, в глазах его читалось скорее бешенство, чем боль. Он выкинул вперед кулак, скользом прошедший по моей голове, когда я отшатнулся к ограждению и практически навис над рельсами. Бросив вниз единственный головокружительный взгляд, я понял, что поезд уже набрал приличную скорость. Неуклюже даже для своих габаритов громила покачнулся, когда удар его не попал в цель, и пока он пытался восстановить равновесие, я судорожно двинул ему лебедем по щеке, но хорошенько замахнуться не удалось, и бандит вновь бросился на меня. Я перехватил трость двумя руками, но, предугадав мое движение, противник прикрыл голову гигантскими ручищами. После чего нехорошо ухмыльнулся и сделал шаг.

.........................................
Если все твои усилия по достижению материального достатка оказались тщетны и ты не знаешь, куда двигаться дальше, то сделай как Северянин Матвей - напиши книгу о том, как разбогатеть, продай ее в десятках тысячах экземплярах и реально стань богатым !
Tags: история америки, литература
Subscribe

Posts from This Journal “литература” Tag

  • Калеб Карр, "Алиенист" / Alienist. #110

    Здание Нью-Йоркской Публичной Библиотеки в 1908 незадолго до завершения строительства Строительство библиотеки началось в 1896 году на Пятой…

  • Калеб Карр, "Алиенист" / Alienist. #109

    Панорама Манхэттена, 1902 год Фото Ирвинга Андерхилла (1872-1960). Хранится в библиотеке Конгресса США Судя по всему, Люциус собрался было…

  • Калеб Карр, "Алиенист" / Alienist. #108

    Антураж типичного дешевого салуна в Нью-Йорке 1890 Фотография друга Теодора Рузвельта, датского фотографа Якоба Рииса из его альбома "Как…

Buy for 40 tokens
Время бить тревогу. Когда-то самое престижное место в Москве, за очень короткий срок превратилось в одно из самых токсичных и опасных. (кадр из к/ф Волк с Уолл-Стрит) Считается, что Москва-Сити - детище чуть ли не самого Сергея Юрьевича Полонского. И, что удивительно, его сомнительная…
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments