cpp2010

Собрание разностей


Previous Entry Share Next Entry
cpp2010

Калеб Карр, "Алиенист". #30


Нью-Йорк, угол 5-ой Авеню и 59-ой улицы. Лето 1897 года

Ко мне подошла Сара. – Джон? Кто эти люди?
– Даже не глядя. – ответил я, охваченный гораздо более настоятельным беспокойством, нежели ночью, – я бы сказал, что утренний выпуск «Пост» уже продается.
– И что им, по-вашему, нужно? – спросил Люциус. Его все больше прошибал пот. несмотря на то что наверху было прохладно.
– Наверное, объяснений, – ответил Крайцлер. – Но с чего они решили потребовать их здесь?
– Там был полицейский с Двадцать седьмого участка, – сказал Сайрус. Он еще не успокоился: толпа как две капли воды походила на ту, что некогда истязала его родителей. – Он был с какими-то двумя субъектами и что-то им втолковывал. Эти два субъекта живо растворились в толпе и принялись ее обрабатывать: мол, убивают только детей бедных иммигрантов. Похоже, все эти люди пришли сюда с той стороны Ист-Сайда.
– А офицер, вне всякого сомнения, – патрульный Барклэй, – хищно произнес Теодор, явно разгневанный таким низким предательством со стороны подчиненного. – Человек, который нашел тело.
– Смотрите-ка, вон бежит Миллер! – внезапно воскликнул Маркус. Я посмотрел вниз и действительно увидел смотрителя – тот без шляпы со всех ног улепетывал к парому на остров Бедло. – К счастью, ключи его остались у меня, – добавил Маркус. – Ибо что-то мне подсказывало: долго он с нами не пробудет.


Тем временем шум толпы, расположившейся прямо перед нами и прекрасно различимой сквозь голые ветви деревьев, стал нарастать, достигнув крещендо, разбившегося на несколько злобных воплей. Затем мы услышали перестук копыт и колес – на полной скорости по главной дорожке парка прямо к форту неслась Крайцлерова коляска. Стиви на облучке безжалостно нахлестывал Фредерика, правя мимо главного входа к огромным дверям позади крепости.
– Ай да молодец, Стиви, – пробормотал я, поворачиваясь к остальным. – Для нас это идеальный путь к отступлению – через задний выход и вверх по берегу!
– Так за дело же, – сказал Маркус. – Они наступают. Издав еще одну череду воплей, толпа ворвалась в парк через главные ворота, после чего группы с ее левого и правого флангов тоже ринулись вперед. Уже было ясно, что это дикое сборище подпитывалось новыми людьми с близлежащих улиц, и общая численность грозила в скором времени достигнуть многих сотен. Кто-то прекрасно поработал, воспламенив такую уйму народа.
– Вот дьявол! – ожесточенно выругался Теодор. – И где эти ночные патрули из Двадцать седьмого? Вернусь – поджарю всех на углях!
– Хорошие планы на завтрак, – отозвался Крайцлер, устремляясь к лестнице. – Хотя сейчас нам крайне важно улепетнуть.
– Но это же место преступления! – не унимался Теодор. – Я не позволю толпе уничтожать наши улики, на что бы она там ни жаловалась! – Он окинул взглядом крышу и подхватил приличных размеров доску. – Доктор, вас здесь быть не должно – хватайте мисс Говард и бегите отсюда. Мы с детектив-сержантами встретим этих людей у главного входа.
– Мы? – вырвалось у Люциуса, прежде чем он успел подумать, что и кому он говорит.
– Крепитесь, – ободряюще ответил Рузвельт, усмехавшись и потрепав растерянного Люциуса по плечу, а затем несколько раз вспорол воздух импровизированной дубинкой. –

В конце концов, этот форт защитил нас от Британской Империи – неужели он не остановит толпу оборванцев из Нижнего Ист-Сайда?

Это был один из тех моментов, когда мне искренне хотелось влепить этому человеку пощечину, несмотря на некоторый смысл, содержавшийся в его браваде.
Чтобы скрыть саму природу нашей работы, нам непременно следовало забрать с собой в коляску оборудование братьев. Вернувшись тем же путем, каким попали наверх, и миновав все эти резервуары с рыбами, мы загрузили ящики с инструментами в коляску, после чего я обернулся и пожелал Айзексонам удачи. Маркус, похоже, что-то искал на земле, ковыряя ее носком ботинка, Люциус нервно проверял табельный полицейский револьвер.
– Возможно, вам не удастся избежать стычки, – сказал я им с улыбкой, которая мне казалась в тот момент обнадеживающей, – но главное: не позволяйте Рузвельту вас в нее втянуть.

Люциус в ответ лишь застонал, но Маркус браво усмехнулся и пожал мою руку.
– Встретимся в номере 808, – сказал он.

На этом задние ворота форта захлопнулись, послышался лязг замочных цепей. Я вскочил на подножку и ухватился за борт коляски; Крайцлер и Сара уже расположились в салоне на двух сиденьях, а Сайрус сидел вместе со Стиви на облучке, – и мы резко тронулись по тропе, что вела к изгибу гавани и на север вдоль реки. Вопли толпы у Кэсл-Гарден нарастали, но когда мы проезжали в виду главных ворот, шум вдруг смолк. Я вытянул шею и разглядел Теодора – он стоял у массивного черного портала, одной рукой нежно сжимая свою дубинку, а другой указуя куда-то на другой край парка. Этот помешанный на играх в войну просто не смог отсиживаться внутри. Айзексоны застыли позади него, готовые в любой момент вновь заложить ворота. Но, похоже, это было уже необязательно – толпа зачарованно внимала Теодору.

Когда мы подъехали к северной окраине парка, Стиви прибавил скорости и во весь опор понесся прямо на фалангу примерно из двадцати полицейских, рысивших в сторону Кэсл-Гарден. У Бэттери-плейс мы круто взяли влево, чтобы выехать на пустую набережную, а когда мы до нее добрались, я мельком, но вполне отчетливо разглядел на углу дорогой брогам, пассажирам которого открывался прекрасный вид на сумятицу у форта. В окне на мгновение мелькнула рука с прекрасным маникюром и изысканным серебряным кольцом на мизинце, а следом показалась и верхняя часть тела ее обладателя. Даже в мутном свете дуговых ламп я разглядел блеск элегантной галстучной булавки и темный ирландский профиль Пола Келли. Я крикнул Крайцлеру, чтобы он тоже посмотрел, но мы двигались столь быстро, что Ласло не успел ничего заметить. Впрочем, когда я описал увиденное, по его лицу стало заметно, что он пришел к тем же выводам, что и я.

Стало быть, толпа – дело рук Келли, возможно – реакция на проброшенное Стеффенсом упоминание в «Пост» о Вышибале Эллисоне. Все совпадало: Келли никогда не угрожал впустую, а растравить по поводу убийств вечно обиженную и раздраженную часть населения для столь коварного ума – пара пустяков. И все же этот его шаг мог дорого стоить нашему отряду, а может, уже и стоил; изо всех сил цепляясь за бортик набиравшей скорость коляски, я поклялся, что если с Теодором и Айзексонами что-нибудь случится, отвечать предводитель Пятиугольников будет лично передо мной.

Пока мы ехали домой, Стиви не давал ни малейшего спуску Фредерику, но никто и не просил его сбавить скорость – каждый из нас по собственным соображениям хотел оказаться как можно дальше от Кэсл-Гарден. На грубо вымощенных улицах Вест-Сайда стояли глубокие лужи дождевой воды и к тому времени, когда мы достигли № 808 по Бродвею, я был с ног до головы заляпан грязью, промерз, как покойник, и в любой момент был готов погаснуть – меж тем как заря уж загоралась. Но нам предстояло перетащить ящики с техникой и записать свои соображения, и мы отнеслись к этому со всей ответственностью. Крайцлер вдруг обнаружил, что он куда-то дел ключи, и я отдал ему свой, покрытый коркой грязи. В итоге, когда наша измазанная, измученная компания ввалилась в штаб-квартиру, часы маркиза Каркано уже показывали 5:15 утра субботы.

Невозможно было описать все мое удивление и радость, когда прямо на пороге наши чувства поразили ароматы стейка с яичницей и свежего кофе. На кухне в глубине наших апартаментов горел свет, и я увидел там Мэри Палмер – на ней была не привычная голубая форма, а прелестная белая блузка, клетчатая юбка и передник; она хлопотала быстро и уверенно. От удивления я выронил ящики, которые старательно тащил наверх.
– Господь послал нам ангела, – произнес я, направляясь к кухне на негнущихся ногах. Мэри вначале вздрогнула, увидав мою грязную фигуру, выдвинувшуюся из мрака, но голубые глаза ее быстро разобрали, кто перед ней, и она одарила меня скупой улыбкой, протянув на длинной вилке кусок еще шипящего стейка и вслед за ним – чашку кофе. Я попытался было спросить, как она сюда попала, но вместо этого набросился на еду. У Мэри оказалось целое поточное производство: нас ожидал целый легион яиц и огромные говяжьи бока на решетках; должно быть, она принесла все это из дома Крайцлера. Я мог бы еще долго пребывать в таком блаженстве, но, обернувшись буквально через пару минут, обнаружил за спиной Ласло: он стоял со скрещенными на груди руками и кислой миной на лице.
– Так, – протянул он. – Теперь я, кажется, понимаю, куда подевался мой ключ.

Мне показалось, что он шутит.
– Ласло, – вымолвил я, дожевывая бифштекс. – Я будто воскресаю, когда…
– Вы не оставите нас с Мэри на минутку, Мур? – сказал Крайцлер все тем же непреклонным тоном, и, глянув на лицо девушки, я понял, что он, в отличие от меня, крайне серьезен. Не вдаваясь в детали, я нагреб на тарелку еще немного яичницы и стейк, схватил чашку кофе и удалился к своему столу.

Уже выбравшись из кухни, я краем уха услышал, как Крайцлер в недвусмысленных выражениях отчитывает Мэри. Бедная девушка была неспособна что-либо ему возразить, кроме обычных «нет» и тихих всхлипов. Что здесь такого? С моей точки зрения, служба ее была безупречна, а Крайцлер вел себя необъяснимо подло. Впрочем, мысли мои немедленно отвлеклись новой напастью: над моей тарелкой хищно зависли Сайрус и Стиви.
– Спокойно, ребята, – сказал я, прикрывая еду руками. – Давайте без грубой физической силы. На кухне этого добра навалом.

Оба метнулись в указанную сторону, лишь на мгновение замерев при виде Крайцлера.
– Поешьте, – резко сказал им Ласло, – и отведите Мэри обратно на 17-ю улицу. В темпе.

Стиви и Сайрус невнятно согласились на это и тут же набросились на ничего не подозревавшие стейк и яичницу. Крайцлер поставил один из зеленых стульев маркиза

Каркано между нашими с Сарой столами и устало на него опустился.
– Вы не хотите чего-нибудь съесть, Сара? – тихо спросил он. Та сидела, опустив голову на руки, однако нашла в себе силы коротко улыбнуться:
– Нет. Спасибо, доктор, но я не могу. И я не думаю, что Мэри понравится, если я начну орудовать на кухне.

Ласло кивнул.
– Не слишком ли жестоко вы обошлись с несчастной девушкой, Крайцлер? – спросил я с набитым ртом по возможности разборчиво. Крайцлер вздохнул и закрыл глаза.

................................................................
Красиво жить не запретишь. "Евромойка" это автомойка оренбург которой может только гордиться. Мойка предлагает клиентам не только современный уровень технического обслуживания, но комфортные условия ожидания для клиентов.

promo cpp2010 декабрь 25, 2012 00:40 5
Buy for 30 tokens
Две недели назад в Нью-Йорке, на стадионе "Медисон Сквер Гарден" состоялся благотворительный концерт, посвященный сбору пожертвований для…

  • 1

Долго смотрел на фото и пришёл к выводу, что снимок  постановочный. Текст не читал.


а почему Вы так подумали ?

В то время снимали не мобильником навскидку (выглядит как снятое именно так), а стояла тренога с деревянным ящиком Кодак №1: камера 6 дюймов в длину, 3,5 дюйма в ширину и 4 дюйма в высоту. (С ней мог работать каждый, кто, как было написано в инструкции, способен: 1. Направить камеру. 2. Нажать на кнопку. 3. Повернуть ключ. 4. Дёрнуть шнур.) В кассете шириной 4 дюйма было достаточно плёнки - на 48 снимков. Лозунг Джорджа Истмэна — «Вы нажимаете на кнопку — мы делаем всё остальное» — объясняет появление первого общедоступного искусства, которое завоевало всемирную популярность.(википедия). По размытости видно, что камера именно стояла, а не ехала на машине. Стоил этот комплект всего 10 долларов, включая стоимость изготовления отпечатков. Пожалуй, такой снимок мог получиться и случайно, на улице.

Edited at 2017-07-12 03:21 pm (UTC)

Нее - я текст прочитал. Имя "Сайрус" в конце 19 века было очень популярным вот почему - ихние археологи поднаторели в раскопках всяких сооружений, сделаных Киром Великим - о нём даже Марк Твен писал; Киром очень увлекались - как великим завоевателем. который не жёг города, говорил что все люди равны и был начисто лишён диктаторских замашек. У нас тоже сейчас полпулярно имя "Кира" и сухарики "кириешки" - но боюсь, что это связано с придурковатым сайентологом Серёней Кириенко, которого Путин недавно назначил рулить всем нашим патриотизмом - а Кир у нас не при делах. А вот в Иране Киром восхищаюстя - моя жена Розонька, мой свёкр, свекровь - они все считали Кира отцом нации.

  • 1
?

Log in

No account? Create an account