cpp2010

Собрание разностей


Previous Entry Share Next Entry
cpp2010

Крымская война 1853-56 гг: на пути мирового господства

Оригинал взят у arctus в Крымская война 1853-56 гг: на пути мирового господства

Флот был идолом Великобритании, символом ее политического могущества, господство на море — альфой и омегой британской политики и стратегии. Каждая война, которую начинал Лондон, вызывала особые ожидания относительно будущих действий флота. Господство в Мировом океане позволяло выбрать время и место удара, морские коммуникации давали возможность наиболее быстрой концентрации сил. Не удивительно, что военные действия, которые начали союзники против России, начались на морских театрах.

Первые столкновения произошли на Черном море. Одним из важнейших пунктов снабжения Дунайской армии была Одесса. В январе и феврале 1854 года здесь резко активизировалась торговля хлебом. Всего за два месяца обороты порта составили 18.775.491 руб. сер.(вывоз товаров — 13.257.325 руб., монеты — 280.856 руб.; ввоз товаров 4.652.126 руб., монеты — 585.184 руб.). Только пшеницы было вывезено 621.060 четвертей на сумму 5.941.079 руб, ржи — 138.224 четвертей на 855.171 руб. и т.д. Хлеб в основном вывозился во Францию и Англию. В конце февраля торговля была остановлена. К началу марта в Одессе было сосредоточено около 611.000 четвертей (78.208 тонн) хлеба. Город с моря прикрывало 6 батарей с 48 старыми орудиями, большая часть из которых была бесполезна для борьбы с флотом. Гарнизон города состоял из 15 батальонов, 16 эскадронов и 4 сотен с 36 полевыми орудиями, войсками командовал генерал-адъютант барон Д.Е. фон Остен-Сакен. 1(13) апреля 1854 г. сюда подошел британский пароход «Фьюри», который спустил на воду шлюпку под белым флагом. Капитан интересовался, находится ли еще в городе британский консул, но вместо того, чтобы получить ответ, англичане начали рекогносцировку рейда. В ответ на злоупотребление парламентским флагом был открыт предупредительный огонь. Русская батарея быстро добилась попадания, «Фьюри» ретировался. Эти события стали предлогом для союзной экзекуции. 10(22) апреля 1854 г. англо-французская эскадра в составе 9 пароходо-фрегатов и 1 фрегата подвергла бомбардировке Одессу.

К этому времени город активно укреплялся, но успели построить всего лишь 6 батарей, на вооружении которых стояло 48 орудий. На передовой позиции, на оконечности практического мола у самого входа в одесскую гавань, стояла батарея №6 с четырьмя 24-фунтовыми орудиями времен Петра Великого. Сначала союзники потребовали удовлетворения за «небывалое нападение», не разъяснив, в чем оно заключалось. 21 апреля командующие флотами потребовали капитуляции города до захода солнца, а на утро следующего дня начался обстрел. В течение 6 часов 350 тяжелым по преимуществу орудиям (68 и 96 фунтовым) противника противостояли всего лишь те, что стояли на батарее №6. Обстрел велся с дистанции, не позволявшей участвовать в дуэли другим береговым батареям. Из строя одно за другим были выведены все орудия батареи на молу. Последовавшая за этим попытка канонерок высадить десант была встречена картечным залпом 4 полевых орудий и закончилась полной неудачей. После этого англо-французы начали бомбардировку гавани с внешнего рейда — еще 6 часов они обстреливали торговые суда, стоящие в порту, но зайти в него так и не решились.

В результате было сожжено 9 купеческих судов, ранено и убито 50 солдат и 8 мирных жителей, ядром поврежден угол постамента памятника герцогу Ришелье. Значительного урона городу удалось избежать — большая часть неприятельских бомб не взорвалась. Союзники потеряли около 30 человек, 4 поврежденных фрегата были отправлены для починки в Варну. Это был первый бой русских войск с союзниками. Его результаты заставили англо-французов остерегаться огня русских батарей. 30 апреля (12 мая) к окраинам Одессы вновь подошел английский 16-пушечный пароходо-фрегат «Тигр». В тумане корабль сел на мель у берега. Казачьи разъезды заметили это и подняли тревогу. Фрегат был быстро расстрелян подошедшей русской батареей, а экипаж — 25 офицеров и 200 матросов — сдался в плен. Одесситы с охотой кормили «басурман», изголодавшихся за ночь, проведенную в воде, и так не сумевших в очередной раз подвергнуть их город обстрелу. Умершие от ран были похоронены с соблюдением всех воинских почестей, пленным разрешили переписку с родственниками. Позже они были высланы в Москву, Петербург и Рязань.

1 апреля эскадра Непира подошла к Копенгагену, где ее ожидал вежливый, но холодный прием. За исключением торговцев, получивших заказы на снабжение кораблей и экипажей, никто не симпатизировал англичанам — слишком сильны были воспоминания о бомбардировках датской столицы и о помощи, оказанной Россией в 1848—1849 гг. Дания заняла позицию нейтралитета, столь строгого, насколько ей позволяли ее скромные собственные силы. Впрочем, слишком сильное давление на нее также не оказывали, так как это могло вызвать раздражение среди общественности Скандинавского полуострова. Британский флот отчаянно нуждался в благожелательном отношении к себе, так как для действий на Балтике ему требовались дружеские гавани, где он мог получить уголь и воду. 21 апреля корабли Непира подошли к Стокгольму, где адмирал встретился с королем Швеции Оскаром I. Лондон рассчитывал на возможное вмешательство этого государства в войну, так как оно обладало немалыми морскими силами. В 1853 г. в составе шведского флота насчитывалось 10 линейных кораблей, 6 фрегатов, 4 корвета, 3 брига, 9 пароходов и 100 канонерских лодок, 7 бомбардирских лодок, 125 иолов — с 1300 орудиями на борту.

Непир, у которого не хватало обученных экипажей, и у которого не было судов, способных действовать на мелководье, в трудных навигационных условиях Финского и Ботнического заливов, нуждался в поддержке. Эта нужда станет тем более очевидной, если учесть, что к началу кампании в России были построено 192 гребные канонерские лодки. Это были суда с небольшой осадкой и мощной артиллерией. Шведские канонерки были бы весьма кстати союзникам. Королевству была предложена ежемесячная субсидия в 200.000 фунтов в обмен на 50-тысячную армию, которая должна была начать действовать вместе с союзным флотом. Англия и Франция должны были поровну разделить выплаты Стокгольму, однако в Лондоне не хотели возвращаться к обременительной практике субсидий. Там предпочитали предоставить Швеции займ, в результате вопрос о форме финансовой помощи не был окончательно решен до июля 1854 г., когда в конце концов победила французская точка зрения.
Либеральная пресса Швеции и наследник престола активно поддерживали союзников и не скрывали своих антипатий по отношению к «наследственному врагу» — России. Французское посольство пошло гораздо дальше англичан, сразу же предложив Стокгольму возвращение Финляндии и Аландских островов. С точки зрения союзников, выгоды от вступления королевства были очевидны. Оскар I не был в этом уверен. Первоначально на все щедрые предложения союзников последовал отказ. «Ни я, ни мой народ не стремимся к завоеваниям, — ответил британскому адмиралу шведский король, — даже к завоеванию Аландских островов, пока нейтралитет Швеции обеспечен». В мае к судам Непира добавилась и французская эскадра — 31 корабль с 1308 орудиями на борту. Объединенные силы начали захват всех русских судов на море, включая и рыбачьи шлюпки.

После Швеции союзников ждало еще одно разочарование — их надежды на то, что появление их флота вызовет подъем антирусского движения в Финляндии, оказались построенными на песке. Обстрелы побережья, блокада, прекратившая морскую торговлю, и захват рыбачьих судов нисколько не добавили популярности англичанам и французам. Военный эффект был почти незаметным, успехи или неудачи союзников имели скорее морально-политическое значение. 12 мая английские корабли обстреляли незащищенную Либаву и уничтожили находившиеся там купеческие суда. 22 мая был обстрелян Гангут, где в мирное время стояли русские канонерки. С началом войны они были выведены оттуда, но оставшиеся береговые батареи заставили англичан отойти. Гораздо более успешным был ряд нападений на незащищенные города на побережье Ботнического залива. Однако и эти действия быстро стали небезопасными. 10 июня десант с 2 британских фрегатов попал под огонь русской пехоты и финских ополченцев и ушел, потеряв орудие, флаг и 50 человек убитыми, ранеными и пленными.

Последняя неудача резко свела на нет эффект демонстрации враждебного флага в русских территориальных водах и была весьма болезненно воспринята как командованием эскадры, так и Лондоном. В июне 1854 г. к Непиру подошло подкрепление — 23 французских корабля, на борту которых стояло 1250 орудий. На этих судах на Балтику пришла и французская пехота — дивизия ген. А. Барагед’Илье. Англо-французская эскадра в мае-июне предприняла ряд разведывательных акций у Свеаборга и Кронштадта, воздерживаясь от серьезных действий, к которым она была не готова. Русские крепости также были не в лучшем состоянии. Свеаборг с 1808 г. почти не укреплялся, и в 1854 г. был далеко не в лучшем состоянии. Гарнизон был незначителен и недостаточен для обслуживания имевшейся артиллерии. В лучшем состоянии был Кронштадт — к апрелю крепость практически закончила подготовку к обороне, ее гарнизон насчитывал 43 штаб-, 329 обер-офицера, 17.110 нижних чинов, на верках стояло 769 орудий. Флот союзников оказался бессилен. Обстрелы показали бесполезность морской артиллерии против гранитных укреплений, запас снарядов на нескольких кораблях был близок к концу.
12(24) июня англо-французы показались на подступах к Кронштадту. Ничем серьезным их пребывание в виду русской крепости не было отмечено. В Петербурге и окрестностях приход союзников вызвал небывалый ажиотаж — снимались дачи с видом на море, публика стремилась попасть на те участки побережья, откуда можно было увидеть в подзорную трубу корабли противника, два раза в неделю к Кронштадту из столицы выходили пароходы с любопытными наблюдателями. Адмирал Томас Кохрейн, лорд Дандональд решил выйти из тупика путем применения нового оружия. Он предложил командованию эскадрой использовать серные бомбы для обстрела русских батарей удушающими снарядами, но оно вынуждено было отказаться от этих планов по причине технической сложности их применения.

Союзники смогли использовать свое господство на море и временное присутствие французской пехоты только при атаке Бомарзунда — недостроенной на 80% русской крепости на Аландских островах, из которой по непонятным причинам не был выведен ее небольшой гарнизон. Он состоял из 42 офицеров и 1.942 нижних чинов, среди которых было много ссыльных и штрафных. Крепость состояла из небольшого форта с 66 орудиями и трех башен с 46 орудиями. Уход соединенной эскадры из Балтики без каких-либо результатов весьма негативно сказался бы на авторитете Англии и Франции, и эта цель представляла удобный выход из тупика. Французская дивизия насчитывала 9.000 чел. — этого, по словам Непира, было слишком много для Аланд и слишком мало для чего-либо другого. 2 августа у архипелага собралась английская эскадра, транспорты с французами подошли 5 августа, а утром 8-го началась высадка десанта.

Крепость не была рассчитана на оборону со стороны суши. Атака осуществлялась под прикрытием морской артиллерии с 31 корабля. Имея превосходство в артиллерии — около 800 против 112 — союзники превосходили гарнизон и в мощности, и дальнобойности орудий. 16 августа крепость была полуразрушена, ее запасы боеприпасов почти исчерпаны. Барагед’Илье представил коменданту генерал-майору Я.А. Бодиско ультиматум — в случае штурма гарнизон будет полностью уничтожен. Оказавшись в безвыходном положении, Бодиско капитулировал 16 августа. Приказ о сдаче был столь необычен для русской армии, что солдаты и офицеры гарнизона поначалу отказались выполнять его. В гарнизоне пошли слухи о том, что Бодиско сделал этот шаг под влиянием жены, что не придавало его распоряжениям веса настоящего приказа. Толковать о предательстве начали и в столице. Все эти разговоры не имели под собой основания — после войны следствие по сдаче Бомарзунда оправдало Бодиско.

Итак, крепость сдалась. Союзники понимали бессмысленность этой победы с военной точки зрения и попытались использовать ее в политическом отношении: Швеции было предложено ввести на острова свой гарнизон. На это приглашение последовал отказ. Особого впечатления на шведское правительство частный успех союзников не произвел, наоборот, их кампания на Балтике убедила сторонников сохранения нейтралитета в ограниченных возможностях союзных сил. Между тем в королевстве общественное мнение проявляло все большее внимание к проблеме Финляндии. Идеи реванша были чрезвычайно популярны среди общественности, свидетельством чего была масса появившихся газетных статей и брошюр. Отзыва в Финляндии эта кампания не получила. Ее население оказалось вполне лояльно русской короне.

Тогда в дело вступила французская дипломатия, которой, в конце концов, удалось заключить договор со Стокгольмом. В случае вступления в войну Австрии, размещения в королевстве 10-тысячного корпуса союзников, гарантий присоединения Финляндии и ежемесячной выплаты субсидии в 100.000 фунтов Оскар I был готов присоединиться к коалиции. Условия соглашения были одобрены британским правительством, хотя было очевидно, что Швеция не выступит ранее очевидной победы союзников и гарантии неограниченной поддержки. Никакого значения в войне этот успех французской дипломатии не имел. Вводить шведский гарнизон на Аланды король отказался. Он не сомневался, что русские выбьют его войска оттуда, когда море замерзнет. Убедившись, что Австрия не собирается вступать в войну, а германские государства — противятся планам ее расширения, Стокгольм вернулся к своей первоначальной позиции., т. е. к сохранению нейтралитета. Немаловажную роль сыграл и тот факт, что шведские военные не ожидали значительных достижений от англо-французского флота, не приспособленного к действиям в шхерах, и, кроме того, понимали, что в сентябре союзные корабли уйдут к своим берегам, а море замерзнет, что сделает возможным новый переход русской армии через Ботнический залив. Барагэ был готов гарантировать оставление на зиму в королевстве своих сил, но по мнению Оскара I этого было явно недостаточно. После долгих споров и рекогносцировок союзное командование выяснило, что не имеет достаточных сил для действий против Ревеля, Кронштадта или Свеаборга.

В результате англо-французы не стали дожидаться зимы, когда на острова по льду могла перейти русская армия. 14 сентября они покинули Аландские воды, а 27 сентября — Балтику. Главным итогом кампании 1854 г. на Балтике был сам факт сдачи русской крепости как демонстрация успеха англо-французских войск, что использовалось Парижем и Лондоном для расширения давления на нейтральные государства с целью привлечения их к коалиции. С другой стороны, очевидный разрыв между ожидаемыми и реальными результатами действий британского флота сделал необходимым поиск козла отпущения, и таковой был найден в лице Непира. 22 ноября 1854 г., после возвращения в Англию, он получил приказ спустить свой флаг и был отправлен в отставку. Его морская карьера была закончена. «Пришел, увидел и не победил, — писала об адмирале английская пресса. — Он хотел продеть кольцо сквозь ноздри грозному Левиафану и вместо кита поймал салакушку. Русские смеются и мы смешны в самом деле».

Одновременно с действиями Непира в мае-июне 1854 г. в Варну были перевезены французская (около 40 тыс. чел.) и английская (около 20 тыс. чел.) экспедиционные армии. Это сосредоточение должно было одновременно решить несколько задач: поддержать Турцию, обеспечить безопасность дальних подступов к Константинополю и Проливам, повлиять на Австрию, чтобы обеспечить ее выступление в Дунайских княжествах. Действия союзников на Балканах происходили при весьма благоприятных для них внешнеполитических обстоятельствах. 9(21) февраля 1854 г. министр иностранных дел Австрии Буоль в частной беседе с П.К. Мейендорфом заявил о том, что готов заключить союз с Францией, так как ее политика более консервативная, чем политика России. В Вене, как всегда предпочитали придерживаться принципа сохранения территориальной целостности Оттоманской империи.
Олег Айрапетов, ИА Regnum


Recent Posts from This Journal


promo cpp2010 december 25, 2012 00:40 5
Buy for 30 tokens
Две недели назад в Нью-Йорке, на стадионе "Медисон Сквер Гарден" состоялся благотворительный концерт, посвященный сбору пожертвований для пострадавших от урагана Сенди, накрывшего штаты Северо-Запада США, а также острова Карибского моря в октябре этого года. Сенди стал самым…

?

Log in

No account? Create an account